Школьные сочинения по литературе
Поиск
Интересно
«Король поэтов» (по лирике И. Северянина)

     Я, гений Игорь Северянин,
     Своей победой упоен:
     Я повсеградно оэкранен!
     Я повсесердно утвержден!
     И. Северянин
     Игорь Васильевич Лотарев (псевдоним Северянин) вошел в историю классической русской литературы как поэт-новатор. С первого же сборника стихов «Зарницы мысли» проявил себя склонным к словотворчеству и лирической иронии, ко-
     торая в последующих стихах развивалась и обогащалась новыми впечатлениями. В 1911 году возглавил движение эгофутуристов, потом разошелся с ними во взглядах на поэзию.
     В шумном платье муаровом, в шумном платье муаровом
     По аллее олуненной Вы проходите морево...
     Ваше платье изысканно. Ваша тальма лазорева,
     А дорожка песочная от листвы разузорена —
     Точно лапы научные, точно мех ягуаровый.
     Выходят подряд его сборники стихов: «Громокипящий кубок» (1918 г.), «Зла-толира», «Ананасы в шампанском»... Огромным успехом пользовались концерты Игоря Северянина, на которых он нараспев читал свои поэзы. Он смело вводил в свои стихи новые ритмы, каламбурные неологизмы, вводил небывалые в русской словесности жанры: гирлянды триолетов, квадраты квадратов, мильонеты:
     Это было у моря, где ажурная пена,
     Где встречается редко городской экипаж-
     Королева играла — в башне замка — Шопена,
     И внимая Шопену, полюбил ее паж.
     Было все очень просто, было все очень мило:
     Королева просила перерезать гранат,
     И дала половину, и пажа истомила,
     И пажа полюбила, вся в мотивах сонат.
     А потом отдавалась, отдавалась грозово,
     До восхода рабыней проспала госпожа...
     Это было у моря, где волна бирюзова.
     Где ажурная пена и соната пажа.
     Валерий Брюсов отмечал у Игоря Северянина отсутствие строгого вкуса и глубоких знаний, но не отрицал, что он тонкий лирик, пришедший со своим видением мира и особым взглядом на задачи поэта.
     Я выполнил свою задачу,
     Литературу покорив.
     Бросаю сильным на удачу
     Завоевателя порыв.
     Но даровав толпе холопов
     Значенье собственного «я»,
     От пыли отряхаю обувь,
     И вновь в простор — стезя моя.
     На вечере в Политехническом музее в 1918 году Игорь Северянин был избран «Королем поэтов». Его поэтике были присущи экспериментаторство, сочная звукопись, игра словами и сложными ритмами и рифмами.
     Январь, старик в державном сане,
     Садится в ветровые сани, —
     И устремляется олень,
     Воздушней вальсовых касаний
     И упоительней, чем лелъ.
     Его разбег направлен к дебрям,
     Где режет он дорогу вепрям,
     Где глухо бродит пегий лось,
     Где быть поэту довелось...
     Гумилев в статье «Из писем о русской поэзии» писал, что Северянин свои неологизмы заимствовал у таких известных поэтов, как Жуковский и Державин, Языков и Карамзин. «То, что считается заслугой поэтов признанных, всегда вменяется в вину начинающим»,— отмечал далее Гумилев. Благодаря своим исканиям Северянин добивается в поэзии прекрасной выразительности и музыкальности стиха.
     Леса сосновые. Дорога палевая.
     Сижу я в ельнике, костер распаливая.
     Сижу до вечера, дрова обтесывая...
     Шуршит зеленая листва березовая...
     Пчела сердитая над муравейниками,
     Над мухоморами и над репейниками
     Жужжит и кружится, злом обессиленная...
     Деревья хвойные. Дорога глиняная.
     Неологизмы Северянина позволяют ему с замечательной остротой выразить главное содержание его поэзии: чувство современности. Необычные слова и обороты создают для читателя неожиданную иллюзию: ему кажется, что творчество происходит на их глазах.
     Валентина, сколько счастья! Валентина, сколько жути!
     Сколько чары! Валентина, отчего же ты грустишь?
     Это было на концерте в медицинском институте,
     Ты сидела в вестибюле за продажею афиш.
     Выскочив из ландолета, девушками окруженный,
     Я стремился на эстраду, но, меня остановив,
     Предложила мне программу, и, тобой завороженный,
     На мгновенье задержался, созерцая твой извив.
     Живя в Эстонии, Северянин оказывается отрезанным от Родины, в его стихах главенствует ностальгическая нота. Умер поэт в забвении и бедности. Но в истории поэзии «серебряного века» Северянин остался как талантливый новатор, ищущий в области языка и форм.
     В группе девушек нервных, в остром обществе дамском
     Я трагедию жизни претворю в грезофарс...
     Ананасы в шампанском! Ананасы в шампанском!
     Из Москвы — в Нагасаки! Из Нью-Йорка — на Марс!